"Родом извойны"

Сочинение-интервью на тему: «Родом из войны»

Ты родом не из детства – из войны,

И потому, наверное, дороже

Ты ценишь счастье тишины

И каждый мирный день, тобою прожитый.

Не звонкими кострами, а горьким испепеляющим пожаром вспыхнула земля на июньском рассвете сорок первого года. Дети войны. Они рано и быстро взрослели. Недетская это тяжесть – война, а они хлебнули ее полной мерой. Они учились читать по сводкам Совинформбюро, листовкам и по серым страницам похоронок. Дети своего народа. Они не склоняли головы перед страшным и жестоким врагом. Они познали тяжелую науку ненависти. А еще они всеми силами пытались помочь взрослым победить.

Дети войны – это сейчас пожилые люди, так и не сумевшие за 80 мирных лет забыть те ужасы войны, которые они видели собственными глазами.

Сегодня мы встречаемся с Сафоновой Зоей Григорьевной, чье детство было отобрано войной, наполнено страхом, обременено непосильным трудом, но согрето верой в наш народ и его победу.

- Зоя Григорьевна, где и как вы встретили войну?

У каждого свои воспоминания о Великой Отечественной войне. Всякая память о ней, о подвиге нашего народа на пути к Победе драгоценна. Я, пережившая это страшное время, никогда не забуду то, что довелось увидеть, услышать, прочувствовать. Война… От одного этого слова до сих пор веет чем-то холодным, страшным, нагоняющим тоску и ужас. Теперь я еще понимаю, что война, коснувшаяся всех: мужчин, женщин, стариков, детей, - стала тяжелейшим трагическим испытанием.

Мне, Зое Тимченко, было всего 9 лет, когда началась война. Я жила со своими родителями на станции Гартмашевка Кантемировского района Воронежской области. Отец работал на железной дороге мастером-ремонтником, мама была домохозяйкой. Я ходила в школу, в первый класс. Школа находилась на хуторе Зориновка, в километре от станции. Мы веселились, радовались жизни, после занятий играли на опушке леса.

Мы плакали вместе со взрослыми, когда узнали, что началась война.

Наша семья проводила на фронт моего старшего брата Алексея. Жизнь стала ожиданием – ожиданием писем с фронта, сообщений по радио, и конечно, Победы. Но самое страшное случилось потом, когда в начале лета 1942 года через село прошли отступающие русские войска, в небе появились вражеские самолеты, послышались взрывы бомб, артиллерийские канонады. Я так боялась бомбежки, что каждый раз, забрав свою любимую куклу, убегала к тете в Зориновку. Домой возвращалась, когда немцы переставали бомбить железную дорогу.

- Расскажите, что произошло, когда в ваше село вошли фашисты.

Я и сегодня не могу забыть те страшные дни. Я видела своими глазами, как на станцию Гартмашевка ворвались немецкие танки, машины и мотоциклы. Фашисты выгоняли людей из своих домов, грабили, отбирали домашний скот, птицу, продукты питания. Если кто из жителей оказывал сопротивление, били прикладами винтовок и даже расстреливали. В страхе люди эвакуировались на восток, уходили в лес, прятались в подвалы.

Прямо перед станцией под открытым небом, возле домов, немцы обтянули колючей проволокой большой загон. Туда согнали много наших пленных солдат, грязных, голодных, измученных. Фашисты никому не давали подходить к ним, прогоняли всех, кто пытался передать еду, одежду, лекарство, даже расстреливали. Но нам иногда удавалось пробраться к лагерю военнопленных и передавать скудные узелки с продуктами. Однажды меня поймал один рыжий немец, сильно ударил и выстрелил… вверх. Я страшно испугалась, но все равно подползала к проволоке и передавала вареную картошку и пышки, испеченные мамой специально для наших солдат. Мне было их по-детски так жалко и очень хотелось помочь. Один молодой парень подал мне носовой платок, обвязанный кружевом, который подарила ему его младшая сестра. «Ты так похожа на мою сестренку, сообщи ей, что я жив. Сегодня с друзьями ночью мы убежим отсюда,»- попросил он меня и затерялся в толпе. На платочке был написан адрес, по которому потом моя мама написала письмо. После побега вскоре пленных куда-то увезли. Я и теперь закрою глаза и вижу их серые лица с воспаленными глазами, протянутые худые руки, слезы на глазах. Никогда этого не забуду. И вы, ребята, не забывайте о тех, кто вершил Победу, кто жизни не жалел ради нас с вами, расскажите об этом своим друзьям, затем своим детям и внукам.

- Знаете, Зоя Григорьевна, теперь ведь то место, что было огорожено колючей проволокой и где содержались наши пленные солдаты, по ходатайству местных школьников и преподавателей увековечено как концентрационный лагерь.

Это очень хорошо, что жива память, есть что и о чем помнить…

За нашей железнодорожной станцией немцы построили аэродром. Оттуда взлетали их самолеты, а еще со стороны аэродрома фашисты вели беспрерывный огонь по селу и по железной дороге. А на вышке водонапорной башни сидел немецкий стрелок, посылая зажигательные пули по домам сельских жителей. Горели строения. Была сожжена вся Гартмашевка. Осталось несколько домов на окраине села, в одном из них до прихода немцев жила моя бабушка. Вся наша семья пряталась в погребе, из которого днем выйти было практически невозможно, потому что сразу открывалась направленная пулеметная очередь. Летели комья огня, превращая все в пепел.

Иногда все утихало, мы выбирались из своего убежища, чтобы запастись водой, немного хотя бы помыться, раздобыть еду. Мы собирали грибы и ягоды, разнотравье для чая. Однажды , находясь на поляне возле леса, я увидела советский самолет, он летел достаточно низко, наверное, это была разведка. Я разглядела, что за ним разрастался черный шлейф дыма. Машина стремительно стала снижаться, и почти одновременно от нее отделились два парашютиста. Автоматная очередь, явно немецкая, прошила наших летчиков, упали они в ковыльное поле, что сразу за селом. Один летчик был убит, а второго мы с бабушкой спрятали в землянке, носили ему еду, лечили. После того, как я ему отнесла одежду отца, он исчез. А друга мы его похоронили. Очевидцы рассказывали мне, что возле Гартмашевки неизвестная могилка посреди поляны есть. Я вот думаю, может быть, это могила того убитого летчика. Его Серегой называл в бреду наш раненый солдат. А как звали самого раненого, я забыла, то ли Алексей, то ли Александр…

- Зоя Григорьевна, вспомните, как освободили ваше село.

Сначала к нам в село пришли русские солдаты-разведчики, они расспрашивали, где и что находится у немцев. Фашисты сожгли наш дом, видимо, заметили наших. Мы успели уйти в соседнюю Гармашовку, уже занятую нашей армией. Помню брошенные на дорогах трупы людей, разрывающий душу гул самолетов, вой снарядов, свист пуль. Было жутко и страшно. Еще я очень переживала за свою куклу, которую не успела взять с собой.

19 января наши разведчики сообщили, что с аэродрома улетели все немецкие самолеты, а все наши односельчане, кто не ушел и остался в подвалах и погребах, были убиты. Расстреляли и тех, кто был в железнодорожных квартирах. А 20 января 1943 года военные сообщили, что можно возвращаться на станцию, которую они полностью освободили от неприятеля. Мы с какой-то непонятной радостью возвратились к разбитым и сожженным постройкам. В полуразрушенном доме, где жить было, конечно, невозможно, меня ждала радость: я нашла свою любимую куклу. Наша семья разместилась в железнодорожной будке, которая уцелела на станции. Зима была холодная и очень голодная. Все съестные запасы замерзли или сгорели. Мы размораживали картошку и капусту, рубили с замерзших коров и свиней куски мяса, топили снег. Одеться тоже не во что. Из оставшихся в блиндажах немецких шинелей шили одежду (хорошо, что в погребе сохранилась швейная машинка), а шерстяные носки серого и бежевого цвета распускали и вязали кофты и платки. Начали постепенно восстанавливать свое жилье. Весной на станцию прибыла воинская хозяйственная часть. Солдаты давали детям хлеб, сахар, сухое молоко, взрослым помогали строить и ремонтировать дома. Постепенно село оживало. Начались занятия в школе, если можно так назвать небольшой домик, в котором собирались дети всех классов, а учительница была одна на всех. Писали на газетах , старых книгах, читали письма с фронта, часто и похоронки.

- А есть ли какое-то радостное воспоминание из того нерадостного военного детства?

Наверное, самое приятное воспоминание из моего военного детства то, что все мои самые близкие и родные люди были со мной рядом, ведь для ребенка это самое главное. А еще, конечно , я помню победный май: громкий и волнующий голос из приемника, музыка веселых маршей , цветущая сирень и ландыши, вой деревенских баб ( одни радовались Победе и встречам со своими родными, другие тоже радовались Победе, но горевали по погибшим близким), выстрелы в воздух, протяжные гудки паровозов, - все это вместе было многоголосой песней Победы.

Мы смеялись и плакали вместе со взрослыми, которые смотрели на нас с какой-то жалкой нежностью, смотрели и не могли насмотреться, радовались, что дотянули, сберегли нас для завтрашнего дня, конечно же, мечтали, чтобы никогда больше ничего страшного не выпало на нашу судьбу, ведь наголодались, намерзлись, страха натерпелись, горя выпили дети военного времени сполна. Теперь я понимаю, что им, взрослым, хотелось заглянуть в наше будущее, в котором ни в коем случае не должно быть места войне. Ах, война ! сколько она принесла несчастья, смертей, страданий, слез. Я так хочу, чтобы на нашей земле был мир, спокойствие и свобода, чтобы дети рождались только для счастья.

Учитесь, трудитесь и не жалейте сил, приумножайте мощь и величие нашей Родины! Любите, цените и берегите мир!

- Уважаемая Зоя Григорьевна, мы благодарим вас за встречу с нами, за интересный рассказ, за ваш мирный труд, за ваш неоценимый вклад в нашу Победу. Живите долго, не болейте. И знайте, что вы будете для нас примером мужества, стойкости и трудолюбия.

2025 год. Мне сейчас столько лет, сколько было Зое Григорьевне в год Победы. Мы родились и выросли на мирной земле. Мы хорошо знаем, как шумят весенние грозы, и никогда не слышали раскаты орудийного грома. Мы видим, как строятся новые дома, и не подозревали, как легко они разрушались под градом бомб и снарядов. Мы знаем , как утром , когда нас будит мама, обрываются сны, но нам трудно поверить, что человеческую жизнь так же просто оборвать, как утренний сон. Мы живем счастливо, не знаем , что такое холод и голод , нас окружает тепло и забота близких. И пусть так будет всегда! Пусть будет всегда мир ! Мы любим его, мы ценим его и клянемся, что будем его беречь!

Фото использованы из личного архива З.Г.Сафоновой,

проживающей в настоящее время в селе Митрофановка

Кантемировского района Воронежской области.